Извините, но я приношу свой холодный кофе на собеседование
Что именно в этом напитке настолько отвлекает? Виральный спор поднимает более важные вопросы о том, кто определяет «профессионализм».
Великий спор о холодном кофе 2026 года — это очередной вклад в дискурс «молодёжь просто ничего не понимает» и, как всегда, он поляризует мнения. Рекрутеры говорят, что на собеседование не стоит приносить холодный кофе, в то время как молодые люди (и справедливо) спрашивают: в чём проблема? Это один из тех разговоров, от которых мне становится неловко, учитывая, как охотно он вспыхивает на фоне поколенческого разрыва, преследующего массовую культуру. И, как обычно, поколение Z изображают как наглых идиотов, которые хотят жить без правил и ответственности, в ущерб миллениалам и представителям поколения X, которым приходится с ними мириться.
Скандал «iced-coffeegate» разгорелся в социальных сетях после того, как президент рекрутинговой фирмы опубликовал в TikTok видео, где сказал, что напиток «выглядит слишком фамильярно» для менеджеров по найму. С тысячами возмущённых ответов в TikTok и Twitter/X, меня поразило, сколько людей так сильно возмутились из‑за того, что кто‑то принес кофе на собеседование. Один из моих любимых комментариев гласил: «Это холодный кофе, а не бомба!»
Тем не менее эти обсуждения напоминают о глубоких разрывах, существующих между поколениями и культурами в том, как понимается профессионализм и как мы должны выглядеть в общественной жизни. Просматривая бесконечные посты, оплакивающие ужасную молодёжную культуру, я серьёзно задумался: что такого в холодном кофе, что он кажется отвлекающим или непрофессиональным?
С другой стороны, многое из этого связано с культурными символами и ассоциациями, которые мы создаём вокруг себя. Холодный кофе? Типично для поколения Z. Но что если бы это был тёплый кофе в аккуратном взрослом термокружке? Или просто вода? Видно, насколько это глупо и произвольно.
Но отложим в сторону сам холодный кофе.
Более важная картина такова: по большей части правила профессионализма укоренены в расистских конструктах. От евроцентричных норм одежды и причёсок до инструментализации представления о «приемлемом поведении на работе» для подавления инакомыслия и недопущения несоответствия — «профессионализм» всегда был о социальном контроле. Эти неявные нормы в основном являются кодом для белизны и регулярно и жестоко используются против рациализированных людей, людей с инвалидностью, бедных, молодых или иным образом маргинализованных групп.
К сожалению, то, как мы можем присутствовать в общественной жизни, во многом определяется правилами на рабочем месте — явный признак того, как крепко капитализм держит нас. Рабочие места функционируют как агенты принуждения белого превосходства в офисе, и это неизбежно переходит в нашу жизнь за его пределами. Когда угнетающие дресс‑коды ограничивают религиозное самовыражение, а дискриминация по волосам вынуждает чёрных женщин изменять естественную текстуру волос, рабочее место становится арбитром того, как нам позволено существовать.
Даже более высокие учебные заведения соучаствуют в навязывании важности профессионализма. Всего несколько месяцев назад университет Таскиги, исторически чёрное учебное заведение, объявил новый дресс‑код, запрещающий студентам носить боннеты и дюраги в классе или в официальных помещениях кампуса.
Их аргумент? В электронном письме студенческому сообществу президент Таскиги, доктор Марк Энтони Браун, заявил, что новые правила предназначены «чтобы подготовить [студентов] с прочной основой для рынка труда».
«Работодатели менее снисходительны, и слишком часто презентация может перевесить выдающуюся подготовку», — написал он.
Мы тратим слишком много времени на полицейский контроль над несущественными вещами, вроде холодного кофе, в то время как поколение Z страдает на жестоком рынке труда на фоне постоянно растущей стоимости жизни. И пока мы остаёмся пленниками культуры профессионализма и её кандалов, мы будем продолжать поколенческие культурные войны, а бремя ляжет на молодых людей.